–Мою «ласточку госпитализировали»: стоит на ремонте. Но это мелочи. Скоро починю и выеду. Простаивать некогда, нужно котельные обслуживать, – говорит опытный водитель УП ЖКХ Владимир Макаров и показывает разобранный «МАЗ».  



– Кормильцем для Вас служит?

– Точно. Зимой на нём улицы расчищаю, как снег сойдёт, песок, лес перевожу и другие грузы. Этот «МАЗ» мне от Сани Бобка в наследство достался. Замечательный был человек. Ему новый дали, жаль, толком и поработать не успел – умер. Моя машина ещё на ходу была, но уже поизносилась, поэтому  пересел.   

– А по профессии Вы шофёр?
– И в душе. Моё это: я за рулём и царь, и Бог, и воинский начальник (смеётся). В Борковичском училище, которое оканчивал в 1990 году, готовили трактористов и комбайнеров. Мог, кем угодно работать, а я всю жизнь «баранку» кручу. Даже, когда служил на северном Кавказе в Армавире, был водителем в батальоне обеспечения.

– Когда впервые сели за руль? 
– Мне было 11 лет, когда отец впервые посадил на ГАЗ-52. Правда, тогда попались ГАИ, штраф нам, конечно, влупили. А когда я сына учил ездить, история повторилась.  
– Выходит автомобиль – ваш спутник по жизни… 
– Жена – спутница дома, МАЗ – на работе. Нравится эта машина: хорошая, надёжная, легко ремонтируется. Выедешь в четыре утра, включишь дорожное радио – лепота. За жизнь всю Беларусь вдоль и поперёк исколесил. Хотя родина моя – Казахстан.

– Как же вы тогда на Россонщине оказались? 
– Мама – белоруска из Миорщины, папа – русский. Его родители жили на Дону, хозяйство крепкое имели. Только законы сами знаете, какие были: раскулачили и отправили поднимать целину в Казахстан. Там уже мои родители встретились, появились дети: я, брат и сестра. А потом вернулись на Витебщину. 
Интересно получилось: я уходил в армию при Союзе, а возвратился в новую, независимую страну – Беларусь. Здесь, на Россонщине, и начинал трудовую деятельность.

 – Неужели в УП ЖКХ?
– Что вы. Таких организаций, где трудился, уже и в помине нет: у Юрия Ульяновича Жингеля на КРАЗе, в АТП № 10, на кирпичном заводе.  
– В ЖКХ, выходит, тоже задержались: больше 10 лет работаете? 
 – А мне здесь очень нравится. И зарплатой не обижают. Человеку ведь, сколько не заработай, всё мало. Мы по потребностям живём, за большими деньгами не гонимся. Главное, чтобы в семье всё хорошо было. 

– Что служит Вам оберегом в дороге? 
–  Пинетки внучки. Забрал, как ей стали малы и повесил на лобовое стекло вместо брелка. Они и защитят в пути от поломок, и от «дурного глаза».
– Говорят, что скоро искусственный интеллект вытеснит большинство профессий. Как думаете, водитель останется востребованной? 
– Наша профессия уже вымирающая. Молодёжь, например, в нашу организацию совсем не спешит. Мало кто хочет работать на машине: трудно, ответственно. В основном все в компьютерах сидят. Но если каждый захочет быть программистом, а кто хлеб будет выращивать? Людей возить? Дома строить? Нужно кому-то уметь и это делать. Считаю, что каждому мужчине надо обязательно получить рабочую профессию, чтобы семью накормить, дом построить, возле дома что-то руками сделать. 

– Что думаете про водительскую солидарность на дороге?
– За столько лет за рулём всякого хватало, но мне всегда помогали. Помню выстрелило колесо на ходу, а запаски нет. Другие водители выручили: и колесо дали, и домкрат.  

Я тоже никогда мимо не проеду, если вижу, что у человека что-то случилось.В этом и есть водительская 
солидарность. Сегодня ты окажешь помощь, завтра тебе.
 
– Знаю, что с женой и программу минимум выполнили: дом построили, сыновей вырастили. 

– Точно. Дом построили на улице Кольцевой. Огород есть. Сад посадили. Старшему сыну – 30, младшему – 14. Сейчас у него дилемма: куда пойти учиться.Советую выбирать сердцем. Да, везде можно работать, но если профессия не твоя, всё будет через силу. А если дело нравится, всё как по маслу пойдёт. По себе сужу. Я могу и на тракторе, и в сельском хозяйстве в поле, но настоящая техника для меня – машина. У нас это дело семейное: отец тоже был шофёром, председателя колхоза возил. Старший брат водитель, сейчас уже на пенсии, сын – дальнобойщик.Кто знает, может, и младший по нашим стопам пойдёт. Я не против.